На этой неделе неопределенность ситуации со сдачей ЕГЭ текущего года усугубилась новой вводной, что вконец сбило с толку общество, и без того блуждающее в потемках неизвестности все последние месяцы. На заседании Совета Российского союза ректоров прозвучало предложение сократить количество ЕГЭ, необходимых для поступления в вузы, с четырех до двух. Разговор об этой инициативе шел, как о деле практически решенном. Однако, будет ли она реализована на самом деле, а если да, то кем и каким образом, официально так никто и не разъяснил. Так что теперь никто не знают не только, когда начнутся итоговые испытания, но сколько экзаменов надо сдать.
Стремительное развитие эпидемии коронавируса в России нынешней весной с очевидностью доказало: проводить ЕГЭ в ранее намеченные сроки, с досрочным периодом в марте и основной волной в мае-июне невозможно.
Решать, как быть в такой ситуации с выпуском из школы и вступительной кампанией в вузы, пришлось во всех странах мира. Многие из них, как, например, Англия или Франция, пошли в беспрецедентной ситуации на беспрецедентные же меры — отменили все выпускные и вступительные вовсе; аттестаты выдали, исходя из текущих оценок успеваемости; а в вузы договорились брать по конкурсу этих аттестатов.
Предложенный выход, возможно, не идеален. Но он служит преобразованию хаоса, вызванного пандемией, в некий порядок, который понятен обществу, а, главное, избавляет выпускников, и без того пребывающих в состоянии стресса, от главного катализатора неврозов — ситуации неопределенности. А что же Россия?
В нашей стране решили во что бы то ни стало сохранить ЕГЭ. Поэтому вначале, как писал РОСВУЗ, начало кампании перенесли на 8 июня. Потом вновь перенесли сроки — уже без каких бы то ни было конкретных временных ориентиров и, намекая, что экзамены могут пройти даже осенью. Затем освободили от экзаменов ребят, которые не будут в этом году поступать в вузы. И в довершение всего вбросили новую вводную — возможное сокращение количества экзаменов, необходимых для зачисления в вуз. И тем самым сделали хаос, царящий в умах россиян, абсолютным.
Почему же российские власти идут на это, вместо того, чтобы вслед за Европой отказаться в этом году от итоговой государственной аттестацией вовсе?
А все дело в том, разъяснил РОСВУЗу омбудсмен в области образования Амет Володарский, что «в Минпросвещения понимают: отмени они сейчас ЕГЭ и проведи набор в вузы по аттестатам, и общество увидит, что на 1-й курс пришли ребята, чьи знания ничуть не хуже, а то и лучше, чем те, что подтверждены результатами ЕГЭ. А тогда сразу возникнет вопрос: а к чему была вся многолетняя работа по «совершенствованию» ЕГЭ бывшего главы Рособрнадзора, а ныне — главы Минпросвещения Сергея Кравцова? Зачем было потрачено столько времени, сил и бюджетных средств, взятых, кстати, из карманов налогоплательщиков? «
«Вот ЕГЭ и не отменяют, «хотя это решение в значительной мере сохранило бы здоровье выпускников и их родителей!- подчеркнул омбудсмен.- И это при том, что уже сейчас процедура единых государственных экзаменов становится анахронизмом. Будущее, причем, недалекое — за электронными портфолио учащихся, куда данные об их образовательных успехах будут поступать в режиме нон-стоп 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Увидел, например, школьник, что получил всего 70 баллов по русскому языку, подучил материал, а затем пошел в ближайшие центр тестирования и пересдал работу на более высокую оценку. И никаких ЕГЭ при такой системе не понадобится: единственное, что потребуется при зачислении в вуз — открыть доступ к электронному портфолио ребенка членам приемной комиссии вуза. И все! Никаких травмирующих психику подростков выпускных процедур!»
Есть и еще один важный вопрос, подчеркнул Амет Володарский: «На каком основании судьбу ЕГЭ продолжает определять глава Минпросвещения Сергей Кравцов? Этим должен заниматься Рособрнадзор, который по своему нынешнему статусу является независимой организацией и не подчиняется министерству. Получается, что, перейдя из Рособрнадзора в Минпросвещения, Кравцов, на манер средневекового феодала, сохранил за собой это ленное владение. Фактически возник новый вид байства — отраслевое, когда человек переходит из одной отрасли в другую, но продолжает байствовать!»