Сотрудники Института институциональных исследований Высшей школы экономики Илья Прахов и Виктор Рудаков изучили, какой вклад в структуру зарплаты работников вузов вносят их основные обязанности: преподавательские, исследовательские и административные. При этом они сравнили ситуацию с зарплатами до реформ с введением эффективного контракта и после и выяснили: в дореформенное время зарплата профессоров во многом определялась их административным статусом и стажем, а вклад исследовательского компонента был небольшим. При этом, если ранжировать разные аспекты академической работы по монетарной отдаче, то на первом месте все же окажется административная нагрузка, а научные достижения — только на втором. Однако вклад публикаций в зарплату все же вырос по сравнению с дореформенным периодом, что говорит о потенциальной эффективности стимулирующего контракта, хотя и с рядом ограничений.
Тем самым, подчеркивают исследователи, «структура эффективных контрактов в НИУ и вузах-участниках Программы 5-100 точно отражает цель введения этих университетов в ходе реформ. Заниматься наукой оказывается перспективно и выгодно. Грамотно выстраивать отношения между вузами и сотрудниками — тоже. А вот число статей в российских научных журналах негативно сказывается на зарплате в «статусных» университетах. По-видимому, за них ощутимого вознаграждения не предусмотрено». А вот «в рядовых университетах ситуация немного другая. Публикации в российских научных изданиях и число статей в журналах, индексированных в Scopus/WoS, значимы, но эффект для вторых меньше, чем для вузов со статусом. Вероятно в обычных университетах предусмотрены премии за исследования, но качество научных публикаций не всегда учтено в структуре контрактов. Второй момент — сохраняются преимущества управленческой работы. Это может спровоцировать переориентацию на оцениваемые показатели, а также дестимулирующий эффект: более выгодной для профессоров может оказаться административная нагрузка, чем собственно научная работа. Профессора, имеющие административные функции, могут получать за это надбавку около 50% к своей зарплате». Действительно, «современные академические контракты сочетают в себе как исследовательскую компоненту — стимулирование научной деятельности как ответ на глобальные вызовы экономики знаний, так и элементы советского наследия — иерархические надбавки за руководящие должности, — комментирует Прахов. — Причем сейчас разница в зарплатах топ-менеджмента по сравнению с младшими исследователями может быть гораздо более существенной, чем в советские времена». Последствия очевидны: академическая профессия не будет привлекательной в начале карьеры, когда у молодых сотрудников ещё нет достаточного количества публикаций. А это негативно скажется на притоке молодых кадров в академию.